- Вы нашли человека, Сергей Николаевич?

- Да. Есть офицер. Достаточно отважный. Я бы даже сказал - дерзкий, но у него несколько смещены понятия о чести и нравственности.

- А где он служит?

- У капитана Симбирцева.

- Он согласен?

- Да, Андрей Георгиевич.

- Я вижу, Сергей Николаевич, вам не по душе эта операция?

- Если хотите, господин полковник, то да.

- Понимаю. Вы специалист по разведке, работали в тылу у австрийцев, но сейчас другая война. Учебники о ней будут изучать наши внуки в новой русской Академии генштаба. А пока... Где этот... бандит, который повезет его в Москву?.. Как его?..

- Лапшин? В тюрьме. Где же еще?

- Вам, Сергей Николаевич, придется поговорить с ним.

- Слушаюсь, - Незнанский поморщился. Но что делать, служба есть служба. - Я могу идти?

- Идите.

Незнанский четко повернулся и вышел, позванивая шпорами. Прилуков, прищурившись, глядел ему вслед. Ах уж эти чистоплюи, разведка, шпионство. Нет, дорогой подполковник. Академию вы окончили, а понять ничего не можете. Прилуков был опытным контрразведчиком. Почти всю войну проработал в комиссии генерала Батюшева. Чего он только не насмотрелся за три года! Он видел фрейлин двора, поставлявших сведения немцам, министров, берущих взятки у банкира Рубинштейна. Видел новую российскую мессию, безграмотного мужика, вершившего судьбы фронтов и людей. Именно тогда он понял истину иезуитов: "Цель оправдывает средства". А для борьбы с большевиками хороши все средства. Прилуков, как человек умный, со склонностью к анализу, не верил в надежность временных побед.

Уж больно климат тыла Доброармии напоминал ему времена Гришки Распутина.

Конечно, полковник прекрасно понимал, что активизация уголовного подполья - шаг, продиктованный отчаянием. Но это хоть на время позволит собраться с силами политическому подполью, которое, впрочем, как и царский двор, и штаб Доброармии, раздирали интриги и склоки.